13 жовтня 2017

Конец мужского начала: чем живет маскулизм – движение за права мужчин

В то время как феминизм уже имел три волны, движение за права мужчин только начинает обращать внимание человечества на то, что гендерные стереотипы ущемляют не только женщин. Журналистка Валерия Залевская пытается разобраться для Platfor.ma: смеяться или сочувствовать «сильному полу», который выбарывает себе права в современном патриархальном обществе.

 

 

Маскулизм, о котором пойдет речь – это движение, что борется против сексизма по отношению к мужчинам. Оно принимает большинство идей феминизма и не противопоставляет себя последнему – просто обращает внимание на то, что дискриминации подвергается не только женский пол. Упоминания о зарождении теории маскулизма обычно связывают с именем Уоррена Фаррелла, американского философа и писателя, который одним из первых в семидесятых заговорил о том, что борьба против сексизма по отношению к женщинам, парадоксальным образом породила много сексизма по отношению к мужчинам.

 

Ради справедливости, стоит обратить внимание на то, что общим термином «маскулизм» называют очень широкий круг идеологий, связанных с движением за права мужчин. Некоторые из них не в меру радикальны. Желающим почитать статьи о современном матриархальном обществе, которое ущемляет права мужчин, подавляет все мужское и отказывается от проверенной тысячелетиями патриархальной модели, можно посоветовать чудесные сайты Права мужчин и Маскулист.

 

 

Где ущемляют мужчин и чем это они не довольны

 

Во-первых, оказывается, что от насилия страдают не только женщины. Насилие мужчин над женщинами в цивилизованных странах, к счастью, воспринимается как крайне недопустимое. К сожалению, общество менее критично, когда речь идет о насилии над мужчинами, совершенном другими мужчинами или же женщинами. Те самые гендерные стереотипы определяют не только женщин как слабых и беспомощных, но и мужчин – как жестоких, сильных и стойких.

 

Во многих странах мира военная служба является принудительной, но почему-то только для мужчин, конечно, кроме Израиля и Северной Кореи. Большинство маскулистов выступает за отмену принудительной армии и за укомплектование вооруженных сил исключительно на контрактной основе. Таким образом, возможно, гендерный баланс среди жертв военных действий будет соблюден.

 

Другим щекотливым, но не менее важным, вопросом является изнасилование мужчин. Подобный акт очень тяжело доказать, ведь насильники, будь то мужчины или женщины, пользуются естественными и бессознательными рефлексами организма жертвы. Эрекция и эякуляция в аргументации защиты насильника могут служить подтверждением того, что пострадавший был вовсе и не против.

 

Далее, если вспоминают «Американский пирог» и знаменитую маму Стифлера, которая лишила девственности скромного неудачника Финча на бильярдном столе, то обычно думают о том, как мальчишке повезло. Хотя, если обмозговать – это то самое растление малолетних. Мужчины тоже бывают несовершеннолетними, и некоторых из них старшие женщины принуждают к сексу. И это не всегда оказывается приятным опытом, а часто совсем наоборот, что приводит к психическим заболеваниям и разного рода другим проблемам.

Не насилием единым – дискриминация мужчин в семейном законодательстве беспокоит маскулистов не меньше. Родительские права при разводе чаще достаются женщинам, а мужчин обязывают на уровне закона финансово поддерживать детей и бывшую супругу. Когда же опека над детьми падает на плечи мужчины, система алиментов обычно оказывается менее справедливой.

 

Закон также не учитывает, что в процессе зачатия ребенка принимают участия двое. Решение по поводу доведения беременности до конца, или же аборта женщина может безнаказанно принять самостоятельно. В первом случае это может обречь мужчину на нежелательные родительские обязанности, а во втором – наоборот, может лишить желанного ребенка. Подобные вопросы терзают очень многих обеспокоенных семьей мужчин – это подтверждает существование отдельного движения за права отцов.

 

Если феминистки возмущаются по поводу того, что мужчинам отдают предпочтение при выборе кандидатов на руководящие должности, маскулисты крайне огорчены положением мужчин, которые предпочли тяжелый физический труд интеллектуальному. В изнурительных, часто опасных для жизни условиях работают, в основном, мужчины, что, по мнению борцов за мужские права, является крайне несправедливым. Как часто мы слышим о женщинах, которым на заводе станком повредило руку?

 

 

Гендерные стереотипы для всех

 

Гендерные стереотипы беспокоятся как о женщинах, так и о мужчинах. Они ведь, по сути, являются устаревшими гендерными моделями, которые когда-то обеспечивали существование общества – сто или двести лет назад. Одним из ярчайших примеров была Викторианская Англия, оставившая после себя море призрачных идеалов, которые терроризируют человечество до теперь.

 

А ведь люди просто пытались выжить, разделяя обязанности между полами так, как на тот момент было удобно. В ХIX веке удобно было очень четко. Женщина была «ангелом в доме», хрупким и покладистым хранителем домашнего очага, ответственным за быт и детей. Мужчина же считался оплотом семьи – сильным и властным добытчиком пропитания и защитником. И большей части общества существовать было хорошо. Ну были какие-то суфражистки вечно недовольные: корсеты им жали, голосовать хотели.

 

Пришла Первая мировая война – и так жить перестало быть удобным. Межвоенный период – это вообще сексуальная революция и анархия. Кому там было до «ангела в доме», когда была «модерная женщина», что вся такая коротко стриженая, в платье по колено, мчала в своем автомобиле, высунув из окна мундштук с сигареткой. А мужчины тех времен – это потерянное поколение Диков Дайверов, которые все в конце сходят с ума или спиваются.

 

И так каждая эпоха оставляет по себе гендерные стереотипы-архетипы – всегда обоих полов. И каждый раз эти призраки прошлого преследуют современное общество, не давая спокойно решить, как же удобнее будет жить сегодня, порождая разного рода дискриминации.

 

Дискриминация и этика отличий

Французский философ Ален Бадью утверждает, что в условиях господства этики отличий невозможно избавиться от дискриминации. С одной стороны, нам отовсюду кричат о толерантности и необходимости равноправия: «Иммигранты – тоже люди!», «Женщины – тоже люди!». Но уже на уровне языка в этой формуле заложена идея того, что те, по отношению к кому мы должны быть толерантными, отличаются от нас: они ниже, хуже и слабее, ведь они нуждаются в особенном отношении.

 

В этой этике отличий на базовом уровне заложена идея непримиримости идентичностей. В какой-то момент мы оказываемся в ситуации, когда есть права женщин, права геев, права детей, права иммигрантов, права верующих. И вот мужчины, граждане стран первого мира, которые во времена Древней Греции только и могли называться людьми, периодически вынуждены бороться за свои права.

 

Этика отличий, по Бадью, отказывается от логики, ведь в условиях тотальности отличий теряет смысл ее главный закон – закон тождества. И люди оказываются уже не людьми, а гомосексуалами, женщинами, христианами, буддистами, иммигрантами, вегетерианцами, хипстерами или вейперами. И даже иногда мужчинами.


comments powered by Disqus